Софийский собор г. Вологды
Вологодская епархия
Русская Православная Церковь
Московский патриархат
Кафедральный собор прав. Прокопия в Великом Устюге

Е п а р х и а л ь н а я    г а з е т а
Епархиальная газета

ПОСЛЕДНИЙ НОМЕР

АРХИВ

КОНТАКТНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

 

 

   

Слово на Неделю Торжества Православия

   Событие, давшее повод сегодняшнему празднику, произошло довольно давно - более тысячи лет назад. В 847 году Православная Церковь наконец-то сумела перебороть ересь иконоборчества, которая на протяжении примерно сотни лет терзала Церковь. Сто лет распрей, раздоров, смены патриархов и императоров: то православных, то еретичествующих, поочередные гонения то со стороны иконоборцев, то со стороны иконопочитателей. Трудно себе представить, как в такой сумятице можно было иметь твердые основания в вере, как могла существовать Церковь как единый организм, как вообще люди спасались. Принимая все это во внимание, нетрудно понять, почему завершение этой смуты и по сей день празднуется как торжество.

   Как и любая ересь, иконоборчество несло в своей основе глубокую и благочестивую мысль. Это парадокс, часто встречающийся в жизни, о нем теперь принято говорить: "Хотелось как лучше, а получилось..." Иконоборцы исходили из того, что Бог вездесущ, и Его невозможно ограничить в пространстве иконной доской, вместить в рамки изобразительного искусства. Они правы, но если продолжить эту мысль, то получится, что Бога невозможно вместить в храм - и иконоборцы разоряли многие монастыри и храмы. Что в Святые Дары - евхаристические хлеб и вино - тоже невозможно вместить Бога - и иконоборцы называли Евхаристию единственным возможным образом Плоти и Крови Христовой, но не Самими Плотью и Кровью. И, наконец, мы неизбежно приходим к выводу о полной невозможности богообщения - ведь и в наше человеческое сознание, душу тело Бога вместить невозможно. Единственное, на что мы можем надеяться, так это некое "прикосновение" Бога к человеку. Рушится вся вера православная.
   А возражение всем этим доводам возможно только одно. Да, мы не можем Бога вместить во что-либо, ограничить чем-либо. Но для Него Самого возможно и невозможное, ведь Он всемогущ. И Он Сам, хоть это и невозможно, вмещает Себя в человеческую плоть и кровь - воплощается в лице Богочеловека Христа, Он вмещает Свое Божество в хлеб и вино Евхаристии, которые становятся по Его неложному обещанию Его Телом и Кровью, Он особым образом присутствует в храме, который становится Его домом, Он делает возможной особую связь между Собой и Своей иконой, которая становится изображением Неизобразимого, и Он, наконец, может пребывать в каком-либо конкретном человеке - вспомним Его слова: "Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем" (Ин. 6,56). Поэтому в 847 году люди не просто достали иконы из потаенных мест и стали открыто перед ними молиться, произошло нечто гораздо большее - людям вернули Бога. Поэтому и празднуем мы не просто победу иконопочитателей, а Торжество Православия. Мы должны неизмеримо радоваться тому удивительному действию Промысла Божия, благодаря которому мы принадлежим к Православной Церкви, в которой возможно человеку приобщиться Бога. Быть православными - и радостно, и ответственно, потому что мы должны сохранять нашу веру незамутненной, чтобы не исчез на земле путь, ведущий человека к богообщению.
   Как и в древности, так и сейчас существует опасность повредить веру, но сейчас опасность исходит скорее не от ересей, а от страхов, невежества и суеверий, которые, к сожалению, получили прописку в нашей церковной жизни.
   Часто приходится сталкиваться с православными людьми, сердца которых иссушает страх перед нечистой силой. Люди боятся порчи, сглаза, стараются определить, не "сделано" ли, вычисляют, кто это "сделал", подозревают, обоснованно или необоснованно осуждают, изводят себя и окружающих своей мнительностью. В итоге получается, что страх перед нечистой силой почти не оставляет в сердце места Христу. Внимание человека приковано не к следованию путем исполнения Его заповедей, а к выстраиванию всевозможных "защит" от нечистой силы. Тут, как и в случае с иконоборцами, есть некая обоснованность - бесы существуют, это противники нашего спасения, единственное их занятие - пакостить нам. Но есть и значительный просчет.
   В чине таинства Крещения, в его начальных молитвах, особенность которых состоит в том, что обращены они не к Богу, а к дьяволу - врагу спасения человеческого - говорится: "Познай твою суетную силу ниже - на свиниях власть имущую". (Имеется в виду евангельское повествование о бесах, изгнанных Спасителем из бесновавшихся и просивших Его о возможности войти в стадо свиней). Вот и все, на что способна нечистая сила: не то, что человек, - свиньи ей не подвластны без повеления Божия.
   Тем более странно замечать такого рода страхи среди церковных людей. Ведь буквально у всех на слуху, на каждом водосвятном молебне повторяется прокимен: "Господь - просвещение мое и Спаситель мой, кого убоюся!" Получается, что мы слушаем, но не слышим эти слова. И это тоже болезнь церковных людей нашего времени - мы почти не воспринимаем тот смысл, который Церковь вложила в богослужения, и тем самым делаем пустым и бесполезным свое присутствие на них. А ведь многие поколения православных людей, даже будучи неграмотными, получали все необходимые для спасения знания в текстах церковных служб.
   Другой страх, не покидающий умы многих церковных людей, - это страх перед антихристом, перед бедствиями и гонениями последних времен (а эти времена, по мнению таких людей, не за горами), а главное - перед печатью антихриста, которую видят то в штрих-кодах, то в ИНН, то в паспортах, то в каких-то еще даже не существующих микрочипах. И получается, что антихрист на земле еще не воцарился, а в сердцах и помыслах людей уже немалое место занял. Происходит (приходилось наблюдать таких людей) перекос в сознании: человек вместо стремления к Богу занят сопротивлением антихристу, впрочем, даже не антихристу, а басням о нем. Как тут не вспомнить Дон Кихота, который, думая, что нападает на великанов, воевал с ветряными мельницами. И виновато в этом перекосе наше невежество. Откуда мы знаем об антихристе? Из Священного Писания, так давайте же будем читать его, и тогда ясно увидим признаки антихриста:
   - воцарится над всей землей - сейчас такого правителя не наблюдается,
   - будет творить множество чудес - и этого не видим,
   - превознесется превыше всего, называемого святым - опять никого похожего нет.
   Еще одна важная деталь, касающаяся печати антихриста: с ее принятием будет связано обязательное поклонение антихристу, его изображению. Никто от нас при принятии ИНН, паспорта, полиса и т.д. никакого поклонения не требует.
   Так что, если верить Священному Писанию, то антихриста на земле пока нет, а значит, нет и его печати. А страх в сердцах есть. В том-то и беда, что мы охотнее верим различным слухам, чем Слову Божию, которое и не читаем, а если читаем, то не трудимся осознать, понять, усвоить.
   Страх перед печатью антихриста не был бы так живуч, если бы не задевал благочестивую струну в сердцах православных. Ведь действительно, отречение от Бога - страшный грех, и как от всякого греха, так и от этого никто из нас не застрахован, а значит, нужно бояться в него впасть. Это правда, но есть и существенная погрешность в том, как эту правду воспринимают борцы с ИНН и прочим. Дело в том, что внешнему отречению от Бога всегда предшествует внутреннее. Слова церковного песнопения, обращенные к Христу, говорят: "Аще и всегда распинаю Тя грехами моими". Грехами своими мы участвуем в распятии Христа, а разве есть более страшный вид отречения от Него, чем участие в Его убийстве? Но в том-то и дело, что война затевается против внешних вещей: бумажек с цифрами, пластиковых карточек, а не против внутренних страстей. Кропотливый труд над искоренением в себе всякого, даже мельчайшего греха, укрепляет душу, которая, навыкнув в этом труде, может вынести и большие искушения. Но внимание антиИННистов приковано не к себе - чего в себе исправлять, номера ведь не взял, а к осуждению других - вольных или невольных владельцев номеров. В итоге - вместо искоренения реального отречения от Христа грехами своими, война с пока еще мифической угрозой.
   Все страхи, какие бы ни возникали, лечатся очень просто. Молитвой. И молитвой самой известной, которую каждый христианин знает наизусть. "Да будет воля Твоя", - обращаемся мы к Господу словами молитвы "Отче наш". После таких слов какое мы имеем право страшиться или избегать каких бы то ни было событий в нашей жизни? Наоборот - все принимаем как из рук Божиих, иначе грош цена молитве, словам которой мы не доверяем. Для чего тогда и молиться? Вера в Промысел Божий убивает всякие страхи. Если же они все же живут в наших сердцах, то это свидетельствует о том, что мы плохие христиане и не исполняем заповеди о любви к Богу, потому что совершенная любовь, по слову Иоанна Богослова, изгоняет страх (1 Ин 4, 18).
   В тесной связке со страхом антихриста следует недоверие властям: и светским, и, что более серьезно, церковным. Логика такова: грядет антихрист, существующие власти готовят ему путь - значит, им подчиняться нельзя, а церковные власти не призывают к противлению - значит, и они потакают приготовлению царства антихриста. Вроде все безупречно, но мы забываем слова нашего Учителя - Христа: "Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу" (Лк. 20,25). Этими словами Христос определил ясное и полное отделение области политики от области веры, ведь Его царство не от мира сего.
   Следует также иметь в виду ту политическую обстановку, в контексте которой произносились слова Спасителя. Кесарь - император - был язычником, целью своей он полагал подчинение своей империи всего мира, себя он считал богом, в империи он официально насаждал культ императора. Можно сказать, что перед нами своеобразный прообраз антихриста. И вот такому кесарю Христос повелел платить подать - то есть материально поддерживать все его планы. Интересны и слова апостола Петра: "Всех почитайте, братство любите, Бога бойтесь, царя чтите" (1 Пет. 2,17). Апостол для обозначения отношения к власти употребляет замечательное слово. Не терпеть, не подчиняться, а - чтить. Вспомним другой случай употребления этого слова: "Чти отца и мать". Речь идет о чем-то подобном. Если Христос и христиане так относились к враждебным для них властям, то тем более достойны человеческого отношения нынешние власти. Они, по крайней мере, не вмешиваются в вопросы веры и дела Церкви, чем, кстати, выгодно отличаются от подавляющего большинства православных царей и императоров. И, тем не менее, не перестают появляться листовки, да и более солидные издания, которые вменяют в обязанность православным, мягко говоря, не любить наше "жидо-масонское" правительство и считают это делом веры. Когда о православности человека судят по его отношению к властям, когда Причастие Святых Таин ставится в зависимость от принятия или непринятия от этих властей ИНН и паспортов (а так продолжают, несмотря на определение Патриарха, делать некоторые духовники), тогда Церковь наша низводится до уровня политической партии, теряет свою неотмирность, и вместо стремления к горнему Отечеству мы начинаем печься об устроении дел отечества земного.
   Страшнее всего то, что на этой почве происходят уже весьма заметные разделения в Церкви. Несмотря на официальную позицию Русской Православной Церкви, несмотря на слова Патриарха и Синода, люди не только остаются при своем мнении, но и проповедуют его (это мнение) и выдают его за Православие. А это явно грозит расколом, который ставит участвующих в нем людей вне Церкви и лишает их спасительного действия благодати. Таким может быть итог недоверия властям церковным.
   Это недоверие - грех, потому что власти церковные в конечном итоге от Христа установлены. Он сказал: созижду Церковь Мою и врата ада не одолеют ее, Он избрал апостолов, которые создали внутренний строй Церкви, и этот строй подразумевает, что авторитетом в вопросах веры являются церковные иерархи, которые в определенных случаях могут составлять из себя собор. Сначала это был собор апостолов, а затем - собор их преемников - епископов. Голос иерархии - голос Церкви. Пока мы единодушны с нашими иерархами, можно надеяться, что обещание Спасителя о вратах ада распространяется и на нас. Противление иерархам лишает нас этой надежды.
   Но скажут: епископы могут заблуждаться. Да, и такое бывало в истории Церкви. Но история Церкви также показывает, что никогда судьей епископа не была его паства или какой-либо старец, даже святой, но всегда - либо иной епископ, либо собор. И та же самая история, и наш собственный опыт показывают, что епископы заблуждались и заблуждаются гораздо реже, чем представители церковного простонародья. Святитель Григорий Богослов очень резко по этому поводу говорит: "Овцы, не пасите пастырей!"
   Последнее время все настойчивей повторяются утверждения, что хранителем веры православной является народ церковный, либо иной вариант: сосуды Духа Святого, то есть духоносные старцы. При всем уважении и любви и к народу церковному, и к старцам вынужден заметить, что это учение новое, которого на протяжении двух тысяч лет своего существования Православная Церковь не знала. Еще раз напомню, что веруем мы во Единую Соборную, а не народную, Апостольскую, а не старческую Церковь, что никаких определений и символов веры, составленных не иерархами, история Церкви не знает. И, даст Бог, не узнает. Разговор о церковных проблемах будет неполным, если не упомянуть еще о двух недостатках нашей церковной повседневности. Прежде - об обрядоверии, которое, к сожалению, пронизывает наш церковный быт. Мы огромное внимание уделяем внешним деталям обряда, забывая о внутреннем его наполнении. Посмотрите, чего больше всего боятся в церкви люди малоцерковные - сделать что-либо не так, как принято, не туда встать, не там поставить свечку. А ведь это мы - церковные люди - заразили их этими страхами. О чем, прежде всего, узнает зашедший в церковь человек: о том, что молитва - это обращение ума и сердца к Богу? О том, что смысл жизни человеческой - стремление к своему Творцу? Может, об исполнении заповедей Христовых? Может, о том, что чтение Евангелия открывает человеку самого себя? Нет, конечно. А о том, кому молебен заказать, через какое плечо свечу передавать, да чем крещенская вода отличается от богоявленской.
   Обряд - он только тогда приносит пользу, когда есть в душе у человека внутренний стержень - глубокое, сердечное стремление к Богу, жажда общения с Ним. Без этого стержня обряд не только бесполезен, но и вреден, "потому что буква убивает, а дух животворит" (2 Кор 3,6). Обрядоверие очень живуче, оно легко передается - исполнению обряда научить просто. Гораздо труднее приходится с жаждой Бога - как ею научить другого? Никак, ею можно только заразить, как болезнью, но для этого самому нужно болеть. Мы же чаще имеем вид благочестия, а силы его отвергаемся (2 Тим 3,5), а ведь именно за это Христос безжалостно обличал фарисеев.
   И напоследок скажу об отношении к храму. Храм - это дом Божий, вроде бы элементарные вещи говорю, вроде все с этим согласны. Но действительность говорит об обратном. Если бы мы действительно осознавали, что не мы в храме хозяева, а Господь Бог, что все мы в храме только терпимы Им, то не приходилось бы слышать жалоб на то, что с кем-то в храме грубо обошлись. Сколько я себя помню, столько приходится встречать людей (и их не становится меньше), которые пострадали оттого, что мы, церковные люди, себя в храме чувствуем безраздельными хозяевами, стремимся устранить из него всех, кто нас не устраивает. Мы забываем, что каждый человек, вошедший в храм - избранник Божий, это Господь его привел сюда. Да, может быть, он не так одет, не умеет себя вести подобающим образом, на лице такой избранницы может быть полная боевая раскраска, но все это искупается одним обстоятельством: человек пришел в храм, а не на дискотеку, помолиться Богу, а не попить пива. Имеем ли мы право стать преградой между ним и Богом? Не становимся ли мы в таком случае богоборцами? Да и противниками спасения людей? Ведь надежда на то, что кто-либо, столкнувшийся с грубостью в храме, еще раз в него зайдет, очень невелика. Какой нормальный человек поставит на лед реки вторую ногу, если от прикосновения первой лед уже затрещал?
   То, что болезнь нашей нетерпимости до сих пор не изжита, свидетельствует о том, что мы не слышим слов Христа: "Дом Мой есть дом молитвы" (Лк. 19,46). Если бы мы действительно молились в храме, то просто не замечали ничего и никого лишнего. Если бы мы вслушивались в слова церковных молитв, то гораздо меньше в нашей жизни было бы и страхов, и суеверий, и невежества. Православное богослужение - кладезь мудрости, наполненный тысячелетним опытом богообщения. И это мы так мало ценим!
   Сегодня, в день Торжества Православия, когда мы вспоминаем о том, как вера наша была очищена от пагубных ересей, постараемся увидеть и искоренить в себе и в церковной жизни все то, что противно нашей вере. Чтобы торжествовало Православие, а не суеверие, вера в Промысел Божий, а не в страшные слухи, уважение к нашим иерархам, а не недоверие им, в конечном итоге - утверждалось единство Церкви, ведущей в Царство Небесное.

Иерей Александр Лебедев,
клирик Покровского архиерейского подворья в Вологде

 

Спасо-Прилуцкий монастырь Паломническая служба Вологодской епархии Сайт расположен на сервере Россия Православная

Web-мастер
Адрес редакции: 160001, Россия , Вологда, Торговая площадь, 8,
архиерейское Покровское подворье, редакция газеты "Благовестник".
2005 г. Вологодская епархия Русской Православно Церкви (Московский патриархат).
Православное книжное обозрение